Хорошие девочки, плохие мальчики

Большинство вполне приличных девушек начинают свое знакомство с взрослым миром именно через общение с плохими мальчиками и мужчинами. Это не случайность, а закономерность.

Большинство вполне приличных девушек начинают свое знакомство с взрослым миром именно через общение с плохими мальчиками и мужчинами. Это не случайность, а закономерность.


Печальный сценарий

Все эти истории писаны, как под копирку. Девушка хорошо учится в школе, нормальная внешность, имеет какие­-то цели в жизни, готовится к поступлению или учится в университете. Вполне приличная жизненная перспектива. Но, словно волк в сказке про Красную Шапочку, неожиданно на ее жизненной тропинке появляется пресловутый плохой мальчик…

Кто он? Тут могут быть вариации в сценарии. Или наркоман, или ранее судимый, или бандит, или отчисленный из всех учебных заведений алкоголики лодырь, или трижды разведенный бабник, или мажор — прожигатель жизни, или непризнанный гений из числа творческих натур.

Вне зависимости от масти этого персонажа, результат его встречи с хорошей девочкой вполне предсказуем. Она приносит себя в жертву личным и нередко корыстным интересам своего плохого мальчика. Девочка меняет свой стиль одежды, мышления и поведения, последовательно проходит ночные клубы и притоны, начинает курить, регулярно напивается, может попробовать наркотики, ее, как правило, хотя бы раз насилуют, иногда бьют, нередко оскорбляют, от нее регулярно отказываются.

Но больше всего она боится не за себя, а за судьбу своего плохого мальчика: прячет его от полиции, носит ему передачи в тюремный изолятор, отдает ему все свои деньги, пытается устроить на работу, борется с его агрессией и шизофренией, алкоголизмом и наркоманией.

Отрезвление обычно происходит после какого-то чрезвычайного отрицательного события: жестокого избиения, автокатастрофы по пьяной лавочке, заражения СПИДом, аборта и пр.
И вот девушка обнаруживает,что ей уже не так мало лет,ее лицо и фигура утеряли былую свежесть, репутация весьма подмочена, трудовая карьера ни к черту, а родители так морально устали, что существенно укоротили свою жизнь.

Она проклинает собственную глупость и пытается предпринять героические усилия, чтобы вновь встроиться в ту самую обыденную жизнь, из которой она с такой легкость выпала.

  Всегда ли это было?

Было это не всегда. В течение многих тысячелетий большинство мужчин и женщин проходили социализацию насильно. Их родители жестко навязывали им философию жизни, не позволяли общаться с проблемными персонажами, очень рано женили и выдавали замуж. В результате практически все мальчики и девочки к своим двадцати годам уже имели семью и пару­-тройку детей, в тяжком труде добывали свой хлеб. Спиртное употребляли крайне редко, бездельничать было невозможно физически (просто умирали от голода), преступные элементы жестоко изгонялись из общества. Хорошие девочки автоматически становились хорошими мамами и супругами, плохие мальчики гибли в войнах или на плахах.

После промышленных революций XVII–XX веков мир пришел в движение. Мальчики и девочки вырвались из­-под контроля своих родственников и оказались предоставлены сами себе. Общее улучшение жизни позволило не работать, развитие здравоохранения и либерализация наказаний дали шанс на выживание плохим мальчикам. Индустрия ночной жизни, воспетая затем в книгах и фильмах, создала приятный ореол легкости, секса, свободы и приятного времяпровождения.

Одновременно с этим начался феминизм, хорошие девочки перестали выходить замуж в 18 лет, между окончанием школы и рождением детей в 25–27 лет возник временной зазор в 5–10 лет, куда и устремились падкие на свежее женское тело плохие мальчики. Так два встречных потока слились воедино.

Почему так происходит?

Наше разумное, то есть социальное поведение пока еще не в состоянии перекрыть все лазейки для нашего биологического, сугубо животного полового поведения, в инстинкты которого заложено отдавать половой приоритет тем особям противоположного пола, чье поведение свидетельствует о способности противостоять остальному коллективу, возможно, даже его возглавить.

Генетические предки человека — приматоподобные существа, жившие в Африке три миллиона лет назад (австралопитеки) были организованы в группы под названием «гаремные семьи», в которые входил один доминантный взрослый самец (глава группы), три­-семь самок, с десяток детенышей разного возраста. Подрастающие самцы или принимали лидерское поведение вожака, или изгонялись из стаи. В первом случае они лишались права на сексуальные контакты с самками, терпеливо ожидая естественного конца старого самца. Во втором случае изгнанные молодые самцы бродили недалеко от группы, стремясь вступить в сексуальный контакт с отдалившимися от группы самками и сформировать из них собственный гарем.

Внутри группы тоже все было не слава богу. Более старые самки ввиду естественной конкуренции оттесняли молодых от старого самца, отчего спаривание не всегда оказывалось технически возможным. И тут кстати оказывались мятежные самцы, которые гарантировали пусть небезопасный сексуальный контакт. Что и закрепилось в нашей генной памяти как то, что самый лучший секс — «запретный» секс.

Самые спокойные самцы-­конформисты оказывались малоинтересными для самок: пока они были в группе с лидерским самцом, они воздерживались от секса, после его смерти они обычно проигрывали в драках пришлым более агрессивным самцам и снова оказывались лишенными права на спаривание.

Таким образом, генетически в роду человека было закреплено, что самцы, совершенно не считающиеся с принятым положением вещей, живущие по своим правилам и законам, оказывались наиболее предпочтительными сексуальными партнерами.

Как уже было сказано выше, многие тысячелетия человечество планомерно не допускало появления большого числа плохих мальчиков. Но вот, начиная с девятнадцатого века, а особенно в двадцатом они вырвались на свободу и оказались в благодатной для себя среде. Хорошие мальчики просто физически не способны составить им конкуренцию. Романтика плохишей гораздо привлекательней отдаленных житейских перспектив ботаников, становящихся авторитетными людьми только в возрасте около сорока.

Можно ли этого как-то избежать?

Можно ли избежать трагических ошибок хороших девочек, связавшихся с плохими мальчиками? На самом деле, это крайне трудно — в молодом возрасте инстинкты сильнее разума. Выход только один — полная семья, предельное внимание родителей к контактам дочери с противоположным полом и помощь дочери в обретении собственных целей в жизни, которые окажутся выше и интереснее, чем целоваться вечером на лавочке после бутылки пива…

 Автор статьи: Андрей Зберовский, д.к.н., профессор КГПУ им. В. П. Астафьева.

Комментарии

Пожалуйста, авторизуйтесь для того, чтобы оставлять комментарии.